Пара впечатляющих рассказов с сайта творчества Пелевина. Рассказы самиздатовские, писаны почитателями Виктора Олеговича™

Виктор Олегович™ и возвращение Кастанеды

Однажды Виктор Олегович™ сидел на табурете в своей кухне и, подперев голову ладонями, с умилением смотрел на жутко смущенную журналистку, задававшую ему вопросы про новую книгу Карлоса Кастанеды.

— Он, вообще-то, давно уже умер, — сказал Виктор Олегович™, — чай пейте, остынет совсем.

— То есть как это – «умер», — удивилась журналистка, — А вот же пишут – живой и новую книгу написал.

— Ну, так и у Кобейна до сих пор альбомы выходят.

— Но ведь пишут – живой… и книгу…

— Пишут… Ну, а вы напишите – умер и с литературой завязал. Будет 1:1.

— Но мне же нужно знать, как на самом деле!

— Тогда вам надо о разрешении на эксгумацию и лексикографической экспертизе хлопотать, а не чаи тут со мной гонять.

— Какой-то вы скучный, — простодушно сообщила журналистка, — а еще Пелевин…

Виктор Олегович™ пожал плечами:

— Станцевать на столе?

Журналистка боязливо покосилась на дверь.

Выпроводив гостью, Виктор Олегович™ некоторое время задумчиво мерил комнату шагами, а после подошел к телефону и по памяти набрал длинный номер, изредка замирая и прислушиваясь к гудкам в трубке.

Наконец, в трубке послышалось чье-то дыхание, а на заднем плане — звуки аккордеона, мычание коровы, стариковский голос, рассказывающий по-испански какую-то бесконечную историю («…и тут олень мне и говорит…»), и детский смех.

— Здорово, брателло! – сказал Виктор Олегович™, — Бенефактора позови.

_____________________________________________________________________________________________

Виктор Олегович™ и свидетели Иеговы

Однажды к Виктору Олеговичу™ в дверь позвонили.

— Кто там? — спросил Виктор Олегович™.

— Добрый день. Мы тут общаемся с вашими соседями на темы, которые волнуют всех. Можно задать вам пару вопросов и поделиться с вами некоторыми интересными наблюдениями?

«Опаньки…» — подумал Виктор Олегович™.

— У нас есть брошюры интересные… Почитать…

— Тьфу ты! — облегченно вздохнул Виктор Олегович™, открывая дверь, — я думал — из органов пришли. Терминология у вас схожая. Вы бойцы метафизического фронта, так? Проводники? Адвентисты, баптисты? Чаю, кофе?

Виктор Олегович™ проводил гостей на кухню и рассадил на табуретки.

— Я — Виктор Олегович™, литератор.

— Петр Васильевич, Александр Михайлович, — представились слегка опешившие гости.

— Ну, задавайте ваши вопросы.

Петр Васильевич закрыл рот и поморгал. Александр Михайлович аккуратно поставил сумку с брошюрами на пол и попросил водички. Виктор Олегович™ поставил перед свидетелями чашки, разлил чай и насыпал в тарелку сушек.

— Э-э-э… Вы никогда не замечали, насколько прекрасен окружающий вас мир? — поинтересовался Петр Васильевич.

Виктор Олегович™ почему-то засмеялся и долго не мог успокоиться. Гости переглянулись. Александр Михайлович пожал плечами и откусил кусок сушки.

— Это очень, очень хороший вопрос! — сказал Виктор Олегович™, вытирая слезы, — Так-так. Я вас слушаю, продолжайте.

— … насколько он целен и гармоничен. А ведь это не случайно, не просто так…

— Ну, разумеется. Просто так только кошки родятся.

— А вы не задумывались, как оно работает? Кто это все организовал, кто управляет всем этим?

— Кто?! Кто?!!! — вскочил Виктор Олегович™ и схватившись за столешницу вперился немигающим взглядом в Петра Васильевича, — Да! Да! Я задумывался! Всю дорогу задумываюсь. Это мой профиль. Говорите!

— Г-господь наш Иегова, — пролепетал Петр Васильевич и сглотнул.

— Снова здорово! — выдохнул Виктор Олегович™ и плюнул в умывальник. Потом взял с холодильника сигареты и прикурил от газовой горелки. Затем подошел к окну и пару минут задумчиво смотрел вниз, массируя виски средним и большим пальцами левой руки. Наконец, Виктор Олегович™ опустился на табуретку и допил чай, рассматривая узор на линолеуме. Все это он проделал в гробовой тишине.

— Ну, мы пошли? — осторожно спросил Петр Васильевич.

— Может вам брошюры оставить? Почитать. Когда время свободное будет, — добавил Александр Михайлович.

— Оставьте в корзине для бумаг под умывальником.

— Я в кришнаиты уйду, Саша, — сказал Петр Васильевич Александру Михайловичу, доставая трясущимися руками сигарету из пачки, когда они вышли из подъезда, — у них тезисы прозрачнее и контингент поспокойнее… Где ж это я его уже видел… Монголоид мордастенький… Ладно, тронулись.