Я люблю эту женщину, так честно люблю, вне «ярмарки тщеславия». Когда улыбается она, люблю, когда плачет, люблю. Когда кулаком обижает стены, когда нервы звенят в ее нежных венах, люблю.
Когда пристально смотрит на свое отражение, замечая первые морщинки,
(Господи, дай мне шанс, дожить с ней рядом до моих сединок ), люблю.
Я так отчаянно верю, что впереди Амстердам, Голливуд, да хоть Вена, все что захочет…
Лишь бы не ревела по ночам в подушку, без меня… одна. А я тем временем, летаю в мыслях, там споротые вены и оттуда (ха, банально) но снова она.
Красивая такая… мне хочется выть, хочется вены быстрее зашить,
Чтобы Она осталась во мне…. Благодарить ли теперь мне Бога? Она хранитель мой и хоронитель, самый чистый, честный ангел.

И вот, мне сорок, я вся такая взрослая, держу ее нежную руку и шепчу ей на ушко «Девочка моя, подведем итоги. Я до сих пор не научилась готовить, говорить медленнее, эмоции сдерживать, обуздывать ревность… Двадцать лет позади, может и следующие двадцать… обойдемся без этого?»